Википедия - моя страница
письмо автору сайта
поиск по сайтуВЗРЫВ В ТРАМВАЕ
Вот и первый с утра телефонный звонок в отделение дактилоскопии Экспертно-криминалистического отдела областного УВД. Рудик к телефону потянулся - он возьмёт. Телефон стоит на стыке двух рабочих столов, поставленных перед окном друг другу навстречу. Кто меньше занят, тот и трубку берёт. Рудика, вообще-то, Рудольфом Иосифовичем зовут, но уж больно его полное имя-отчество плохо выговаривается. Все сослуживцы, в том числе и он сам, привыкли к этому сокращённому, фривольному обращению - Рудик.
- Мочалов слушает... Здравствуй Сергей... Новосёлова?.. Трубкой его?.. Сейчас, дам, - подаёт телефонную трубку через оба стола. - Виктор, тебе Бутов звонит.
Сергей Бутов - начальник отделения по квартирным кражам отдела уголовного розыска городского УВД. Интересно, с какой это он новостью?
- Да, я слушаю.
- Андреич, привет. Мы вчера "ночника" взяли! Правда, оказалось, - воровал он не один. Двое их было. По очереди друг у друга "на стрёме" стояли.
Квартирные кражи из серии, о которой говорил Бутов, совершались всегда ночью. Эту серию почти из двух десятков краж так и назвали - "ночник". Каждый раз преступник проникал в квартиры через форточку окна на первом этаже. Он заранее по окнам определял расположение комнат в квартире и залезал только через окно на кухне. Без лишнего шума, не включая свет, проходил в коридор. Там, видимо, пользуясь фонариком, выбирал наиболее ценные вещи из одежды и обуви. Из всех карманов выгребал деньги, открывал спокойно дверь и уходил. В комнаты, как правило, даже не заглядывал. Потерпевшие только утром узнавали о том, что были обворованы.
- Это уже вторая серия краж после серии "книжник" пошла... А как получилось раскрыть-то? Опять следы рук помогли?
- Нет, в этот раз обошлось без них. Но дальше, для следствия, следы конечно очень нужны - теперь и вам работа будет. Наверное, опять, как и по "книжнику", больше десятка положительных экспертиз придётся провести... А выловили "ночников" почти случайно. Позавчера вечером в дежурную часть Тракторозаводского РОВД две девчушки обратились. Они за что-то на своих дружков так разобиделись, что решили им отомстить. Познакомились с ними недавно. Рассказали, что эти их дружки хвастались, как недавно квартиру милиционера обокрали. Даже показали удостоверение сотрудника ОБХСС, которое оттуда стибрили... Мы подняли сводки квартирных краж по Челябинску за несколько последних месяцев. Нашли и эту кражу. Она оказалась из серии "ночник", что ты по следам рук объединил. Информации о своих друзьях девчонки дали немного: как звать знают только по именам, живут где-то в посёлке "Аэропорт". Вот и всё. Но участковый их быстро вычислил. Вчера задержали, отдактилоскопировали. Эксперт из райотдела следы по дактилокартам уже посмотрел - они!.. Что интересно - их дактилокарты в картотеке этого райотдела уже имелись. Воришки и раньше в милицию за что-то попадались, дактилоскопировались. Но то ли эксперты их пропустили при проверке по следам, то ли у них до этих дактилокарт просто руки ещё не дошли.
- Всякое может быть... Значит, и с этой серией разобрались. Теперь у нас после "ночника" и "книжника" ещё одна перспективная серия на очереди на раскрытие стоит - "подбор ключа".
- Да. По ней уж точно не менее пяти десятков преступлений будет. Ну, всё. Пока! Иду в "подвал". Сейчас с ними надо по отдельности хорошо поработать.
- Ты надолго-то не пропадай. Звони, если что новое будет.
- Ладно. Счастливо!
История с этой серией - "ночник", а также с двумя другими, пожалуй, ещё более интересными сериями квартирных краж - "книжник" и "подбор ключа", началась около полугода назад.
Так же вот тогда у них с Рудиком начинался очередной рабочий день. Каждый свои материалы разбирает. Какие экспертизы, более спешные, побыстрее надо сделать, какие посмотреть, чтобы за отведённые сроки (15 суток) не перешли. Рудик - старший эксперт дактилоскопической лаборатории. Правда, вся группа дактилоскопистов всего лишь из трёх человек состоит, да и то, один сейчас в отпуске. Это не считая, конечно, экспертов почти во всех районных и городских отделах области, которые загружены именно дактилоскопией процентов на девяносто от всей своей работы. Но у них несколько своя специфика. Основное - это дежурства с выездами на места происшествий и производство экспертиз. Работы с картотеками на каждого из них приходится значительно меньше, чем на эксперта-дактилоскописта в областном УВД. Ведь именно сюда со всей области высылаются следы рук для влития в центральную следотеку и для проверки их по областным учётам.
День, как обычно, начинался с определения фронта работы:
- Виктор, у тебя как дела с материалами?
- Всё в пределах сроков. Экспертизы вчера почти все подобрал. Следы рук сфотографированы, фотоснимки отпечатаны, фототаблицы оформлены, черновики заключений у машинистки на печати. Надо вот взяться за проверку дактилокарт. Накопилось их что-то за последнюю неделю.
- А у меня наоборот - с проверкой дактилокарт вроде разобрался, так экспертиз около десятка. Так что иду в лабораторию следы фотографировать...
- Давай... А я сегодня, наверное, из кабинета с этой проверкой не выйду.
Дактилокарты лиц, задержанных милицией за совершение конкретных преступлений, должны проверяться по следам рук, изъятым с других нераскрытых происшествий. Работа теоретически-то нужная, но, к сожалению, практически и в полном объёме - невыполнимая. Иногда, правда, случается с помощью такой проверки установить человека, следы рук которого были изъяты, допустим, при осмотре какой-нибудь квартирной кражи. Но этот результат так редко случается, что он явно неравноценен необходимому для этого объёму работы по сравнению между собой сотен и тысяч папиллярных узоров.
Конечно, насчёт того, что "равноценен" или "неравноценен", сказать сложно, ведь в идеале-то ни один преступник не должен уйти от наказания. И для правосудия неважно, сколько для этого будет потрачено сил и времени. Вот ради свершения правосудия и "горбатится" эксперт-дактилоскопист за своим рабочим столом, сравнивая с помощью обыкновенной лупы тысячи папиллярных узоров. Это-то бы ещё ладно - работа у него такая. Проблема же в том, что он просто физически не может справиться с таким количеством поступающих на исследование материалов, подлежащих перекрестному сравнению - дактилокарты неблагонадёжных лиц должны быть проверены по следам рук со ВСЕХ нераскрытых преступлений.
Для выполнения такой работы в областном Экспертно-криминалистическом отделе должно быть не три дактилоскописта, как сейчас, и не тридцать, даже и не триста!.. Интересно, сколько же действительно нужно, чтобы выполнять такую проверку? Точный расчёт вряд ли удастся сделать - изымаемые с мест преступлений следы по сложности работы с ними бывают очень разными. По одному из них за один час можно проверить пятьдесят и более дактилокарт, а по какому-то за весь день и десяти дактилокарт не проверишь.
Можно, конечно, взять какую-нибудь усреднённую скорость проверки, перемножить количество поступающих за год следов на объёмы дактилоскопических картотек...
Новосёлов взял ручку, сделал несложный расчёт исходя из среднего времени сравнения пары "след-дактилокарта", равного, например, пяти минутам. Получилось, что для проверки только половины из поступающих в областную картотеку следов, то есть более или менее полно отобразившихся и подлежащих массовой проверке, необходимо иметь в областном ЭКО дополнительный штат в несколько тысяч человек! Это же, конечно, утопия... Вот так и работаем - один за тысячу!.. Ограничиваем объёмы поиска, искусственно усекая его по дате и способу совершения преступлений, по возрасту проверяемых лиц и т.д. Не всегда, наверное, оправданно. Поэтому-то положительный результат, который иногда бывает - это лишь дело случая, но уж никак не система.
Рудик как-то сказал о такой работе - "ловить рыбу в мутной воде". Если строго с точки зрения филологии, то эта поговорка, может, здесь и не очень уместна, поскольку она буквально означает - извлекать выгоду из беспорядка. Но если под "выгодой" понимать пользу для дела, а под "беспорядком" - отсутствие такого принципа организации картотек, который позволял бы быстро и надёжно находить в них искомый объект, тогда эта поговорка достаточно точно соответствует тому, чем порой приходится заниматься эксперту. Действительно, пытаться лишь путём простого перебора искать след пальца руки, оставленный гражданином N среди многих тысяч других папиллярных узоров - это всё равно что (тут есть ещё более точное выражение) "искать иголку в стоге сена".
А теперь о понятии "беспорядок", если уж мы его использовали, говоря о дактилоскопических картотеках. Оно здесь тоже, вроде бы, не совсем применимо. Над упорядочением и систематизацией дактилоскопических картотек в конце 19-го века занималось много исследователей, часто - независимо друг от друга. Это Гершель, Фулдс, Гальтон, Генри, Вучетич и многие другие. Об этом у Юргена Торвальда в его книге "Век криминалистики" хорошо написано. И именно благодаря этой систематизации появилась возможность проводить относительно простой и скорый поиск по большим массивам при решении определённого рода задач. Например, по установлению личности неопознанного трупа, когда о нём, кроме отпечатков его пальцев рук никакой другой информации не имеется. Или подобный же вариант - по установлению истинных паспортных данных человека, по каким-либо причинам их скрывающего. Важно лишь, чтобы дактилокарта на этого человека уже была в картотеке.
Вот, собственно, и все задачи, которые могут выполняться с помощью этих учётов. Принцип их организации, раскладка сотен тысяч и даже миллионов дактилокарт по определённой системе в соответствии со специальной дактилоскопической формулой, позволяют очень успешно проверять по ним дактилокарты. Но только те, в которых содержатся отпечатки всех десяти пальцев рук. Или почти всех.
При установлении личности неопознанного трупа, у которого, например, вследствие гнилостных изменений или по другим каким причинам не удалось получить отпечаток одного пальца, работа по проверке увеличивается вдвое, так как в этом случае для дактилокарты выводятся две вероятные дактилоскопические формулы. Если нет отпечатков двух пальцев - выводятся четыре формулы и проверка усложняется в четыре раза, если нет трёх отпечатков - в восемь раз, четырёх - в шестнадцать и так далее, по геометрической прогрессии. Если возьмём крайний случай, когда удалось получить отпечаток только одного пальца из десяти, то выводится 512 формул и объём работы по проверке возрастает в 512 раз. В этом случае проверке подлежит половина картотеки, так как вся она разделена на 1024 основных раздела.
Но один палец из десяти - это как раз самый распространённый случай проверки следов с мест преступлений, поскольку при проведении осмотров, чаще всего изымаются именно одиночные следы. Если же ещё и номер пальца не определён, а для одиночных следов это почти всегда так и есть, то проверка такого следа по картотеке, организованной по десятипальцевому принципу, усложняется чуть ли не в 1024 раза. То есть должны просматриваться практически все дактилокарты в картотеке, почти полностью все её 1024 раздела.
